Полный отказ от обучающих программ, или анскулинг, по мнению главного редактора журнала “Семейное образование” Оксаны Апрельской, не очень популярен в регионах, но получает все большее распространение в Москве.
Этот путь, в частности, выбрала для своего среднего сына, Захара, известный политтехнолог и главред портала Besttoday.ru Марина Литвинович. “Решение родилось не сразу — просто, когда Захар полгода назад начал готовиться к школе, он очень заинтересовался математикой и довольно быстро с помощью образовательной онлайн-платформы дошел до середины программы второго класса: умножает двузначные числа, решает задачи. Я испугалась, что в школе ему будет просто скучно, а потом поняла, что у ребенка должна быть своя траектория, свой учебный план”.
Во многом решение было принято под впечатлением от опыта старшего сына Саввы. “Старшего сына я отправила в школу любознательным мальчиком, который всем интересовался, хотел учиться, узнавать новое. Но, к сожалению, классу к пятому, по моему ощущению, школа отбила все эти качества полностью”,— объясняет Литвинович. Теперь десятиклассник Савва, смеется она, просится на семейное обучение вслед за братом.
Несторонница полумер, Литвинович из всех вариантов семейного обучения выбрала самый радикальный. “Когда учишь ребенка сам, какие-то вещи берешь из пятого класса, а какие-то — из первого. Вот в прошлом году мы несколько месяцев увлекались мифами Древней Греции, а в школе это будут проходить только в пятом классе,— говорит Марина.— Обучение не привязано ко времени — ребенок чем-то заинтересовался, и задача родителя этот интерес развить. Вот, например, гуляем мы с ним после дождя, и он обратил внимание, что вылезли дождевые черви,— и это повод изучить строение червей, почитать о них, посмотреть фильм”. Кроме того, Литвинович уже решила, что обязательно научит сына и полезным навыкам, которым не уделяется серьезного внимания в школе, например работе в интернете или умению быстро печатать.
Оксана Апрельская, издающая журнал про семейное образование, тоже в итоге пришла к анскулингу, хотя первое время ее дочка училась по программе и проходила аттестацию в школе. “Анскулинг, конечно, не все могут выдержать — только в Москве анскулеры составляют какой-то заметный процент от общего числа детей, обучающихся дома. Это обучение предполагает отсутствие заранее определенной программы, родители ориентируются только на интересы ребенка, помогают ему в его увлечении, надоело — переходим к другому этапу”.
Апрельская рассказывает, что в переходе с традиционной системы обучения на анскулинг самое сложное для родителя — именно расслабиться, перестать пичкать ребенка знаниями в режиме 24 на 7 и дать ему возможность перестроиться. “Есть такой термин — “расшколивание”, на английском deschooling,— объясняет Оксана Апрельская.— Это период адаптации, когда ребенка уже забрали из обычной школы, когда рекомендуется вообще не приставать к нему с формальным обучением, дать возможность заниматься тем, чем ему хочется, или вообще разрешить ничем не заниматься”. По словам Апрельской, период “расшколивания” занимает месяц-два на каждый проведенный в школе год. “За это время ребенок возвращается к своим потребностям, своим желаниям, вспоминает, что они у него есть, отвыкает от того, что кто-то сверху спускает ему какие-то задания. Родителю, правда, очень сложно вытерпеть это детское безделье, начинается паника,— делится Оксана.— Мы ведь все убеждены, что каждая минута должна быть обязательно заполнена какой-то деятельностью, хотя нам этот период тоже нужен, чтобы по-другому посмотреть на ребенка, научиться доверять ему”.